Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев

С легендарным кобяйским охотником нам довелось встретиться в поселке Сангар, куда журналисты «Сахамедиа» приехали в рамках спецпроекта «Жизнь в районах».

 Валерий Белоконев с раннего детства мечтал стать охотником. Уже в 14 лет он ходил с отцовским ружьем на мелкую дичь и читал журналы об охоте.

Подробно в «Паспорте района».

Валерий Белоконев переехал из родного Новокузнецка в Сангар в 1973 году.

На протяжении последних 20 лет он — один из самых известных охотников-промысловиков Кобяйского района, советы которого считают за честь услышать начинающие охотники, а добытые им соболя неизменно заслуживают на аукционах высокие оценки.

По собственному признанию, на своем промысловом участке размером 20 на 60 км, он знает каждое дерево, каждый кустик.

— Жил когда-то здесь мой родственник, на шахте «Сангарская» много лет отработал, охотился, рыбачил, — вспоминает Валерий Николаевич.

 — Как приедет он на побывку в Новокузнецк — рассказывал про Север, про Якутию, про великую Лену, огромные озера и древние Верхоянские хребты, про увлекательную охоту и рыбалку.

Потом мне все это снится, а, проснувшись, я мечтаю оказаться в этих благодатных местах.

После таких рассказов я твердо решил: повзрослею – перееду в Якутию! И сразу после армии переехал, мне тогда было чуть за 20. С 1973 по 1998 годы работал водителем в геологоразведочной экспедиции.

В конце 90-х организация ликвидировалась, и я связал дальнейшую судьбу с профессиональной охотой.

Тем более, что за годы жизни в Кобяйском районе обзавелся оружием, амуницией, техникой, а главное – набрался опыта у якутских промысловиков.

Взял Валерий Николаевич в аренду охотучасток размером 20 на 60 километров. Исправно платит арендную плату.

До своего основного зимовья на речке Лукумбуй ему необходимо проехать на снегоходе от райцентра 80 километров. Это 40 км вниз по руслу Лены и еще 40 км – вглубь тайги по притокам.

Всего в разных частях участка Белоконева стоит пять охотничьих избушек. Он их сам отстроил за годы промысла.

— Зачем столько заимок?

— Это ведь тайга, горы, мало ли где застанет непогода или ночь во время проверки, или расстановки капканов. Передвигаюсь на охоте исключительно на лыжах, называю маршрут «путиком». «Путиков» за зиму прокладывается много, а самый протяженный – более двухсот километров!

— А как же лихие люди, не разоряют ли зимовья, когда в них никто не живет, не растаскивают ли запасы продуктов и боеприпасы? 

Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев

— Понимаете, до моего участка добраться проблематично: далеко от цивилизации и труднопроходимо. Поэтому с посторонними не сталкиваюсь. А вот в 20-30 километрах от Сангара такие случаи, когда без спросу пользуются чужими зимовьями и безобразничают, нередки.

С 2010 года Белоконев зарегистрировался в качестве предпринимателя. Это позволило не только реализовывать лично добытые соболиные шкурки на аукционах пушнины Санкт-Петербурга и Иркутска, но и заключать договоры о приемке шкурок под реализацию с другими промысловиками.

— В наших краях водится особый вид соболя – баргузинский, завезенный в Якутию еще в 40-50 годах прошлого века из Иркутской области, — поясняет Валерий Белоконев. – Темно-коричневый баргузинский кряж ценится на аукционах достаточно высоко. Стоимость шкурки может доходить до 20-30 тысяч рублей.

  А вообще каждая шкурка оценивается по-разному, смотрят на дефекты, пробоины, на качество. Добыча производиться строго по квотам министерства охраны природы Якутии. Для Кобяйского района квота обычно составляет 500-700 соболей в год. Лицензия на добычу должна быть обязательно, иначе до аукциона не допустят.

Как правило, я беру лицензии на сто зверьков и добываю их капканами и малокалиберным оружием.

Невероятно, но, по признанию собеседника, добытых соболей на его счету более пяти тысяч. Профессионал!

Попутно с пушным зверем Валерий Белоконев промышляет боровую дичь, лосей, оленей. А медведей за свою охотничью карьеру он добыл больше двадцати.

На вопрос: «Не с берлоги ли добывается медведь?», охотник отреагировал спокойно: «Нет, не с берлоги». Признаться, такой ответ порадовал. Раз не с берлоги, когда зверь лежит беспомощный и погибает спросонья, значит – в честном поединке.

— Все звери боятся человека и медведь не исключение, — говорит собеседник. – Когда он чует присутствие человека, то предпочитает незаметно ретироваться. Также есть фактор дистанции. Если медведь находится на большой дистанции – уходит.

Если близко, в пределах семи метров – тогда жди атаки. Ближе семи метров сокращать дистанцию недопустимо. Это критическое расстояние, когда медведю проще прыгнуть и задавить врага, чем бежать.

Боится ли хозяин тайги собак? Не боится, но две-три зверовые лайки способны его «осадить», заставить уйти.

Несколько лет назад осенью приехал на свое зимовье. Заготавливал дрова на зиму. Как-то с утра услышал, что моя лайка гавкает на зверя, злобно так гавкает. На человека лает совсем по-другому. Подумал, что собака оленя или лося почуяла, вышел осмотреться и… едва не поплатился жизнью. Со стороны леса на меня метнулась большая тень.

В три прыжка я оказываюсь вновь в избушке, нащупываю на стене ружье, осторожно выглядываю в окно. Тем временем медведь, а это был он, уже в двух метрах от избушки расхаживает. Выждал я удобный момент, выцелил незваного гостя под лопатку, выстрелил. Медведь рухнул и вскоре затих.

Начал его разделывать, оказалось, что зверь был хоть и огромный, но худющий, ни капли жира, и это в сентябре, когда должен быть сытый и жирный перед спячкой! К тому же — старый, зубы сточены, клыков нет. Так что напал он на меня целенаправленно, от отчаяния и голода.

Хорошо, что собака предупредила и охотничья реакция не подвела – иначе он бы меня задавил.

Есть у нашего героя трое сыновей. Старший Костя и средний Коля – такие же страстные охотники, как и их отец, правда, пока еще любители.

Это и понятно, как говорит Валерий Николаевич, охотниками не рождаются, а становятся, набираясь опыта, проходя через лишения и тяжелый таежный труд. Можно сказать, это и есть жизненное кредо моего собеседника. Младший сын Сергей еще не разделяет страсти отца и старших братьев.

Однако тоже не прочь иногда поехать в тайгу, чтобы вкусить сполна тяготы охотничьей жизни и радость от добычи заветного трофея.

— Мне уже 65 лет, и зрение уже не то, и ходить на большие дистанции проблематично. Пришла пора всерьез обучать сыновей премудростям ремесла, — говорит Валерий Николаевич. – Вот и передаю по возможности им знания, делюсь секретами. Ремесло не должно прерываться. Надеюсь, сыновья будут охотиться после меня, и мое хозяйство перейдет  к ним.

Промысловик еще долго рассказывал о видах и способах охоты, о том, что каждый сезон требует больших материальных вложений, о том, как необходимо оберегать природу, о том, что настоящий охотник лишнего не возьмет, а правила охоты – обязательны для всех. В целом, Валерий Николаевич оставил впечатление состоявшегося и счастливого человека. Он так и сказал напоследок: «Охотники – самые счастливые люди!»

Промысловая охота в западной и восточной Сибири, на Урале, таежная жизнь

Занятие охотой известно еще с доисторических времен. Она была и средством пропитания, и самой большой страстью мужского населения. С развитием человечества стали меняться ее способы и цели.

На сегодняшний день промысловая охота сменилась на любительскую или спортивную. Широкое распространение получил охотничий туризм, благодаря чему начали развиваться охотничьи хозяйства.

Но в некоторыех регионах промысловая охота остается актуальной и на сегодняшний день.

Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев

Особенности современной промысловой охоты

Промысловая охота – это рациональное использование животных для получения от них максимальной экономической выгоды, не нанося ущерба воспроизводству потомства.

Целью ее является выслеживание, и добыча хищных зверей, получение мяса и ценных пушных шкур.

Для охотников промысловиков это занятие стало не только развлечением, в ходе которого проверялась их сноровка и выносливость, но и источником хорошего дохода.

В настоящее время промысловой охотой разрешено заниматься юридическим лицам и частным предпринимателям, получившим лицензию. Промысел производится в специально отведенных угодьях в сезон, который четко установлен законодательными органами. Наиболее распространенными промысловыми районами является Урал, Дальний Восток, Сибирь, Поволжье.

Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев

Промысел в Восточной Сибири

Охота в Восточной Сибири с давних времен является основным занятием, а в районах с малочисленным населением она является источником пропитания и заработка средств существования. Широкое распространение получила любительская охота, которая является не только развлечением, но и дает возможность заготовить достаточное количество мяса.

Объектами становятся кабаны, лоси, косули, изюбры, медведи, зайцы, а так же различные виды водоплавающей и лесной дичи. Промысловая охота ведется на соболя, горностая, белку. Охотники промысловики образуют артели, занимающиеся заготовкой пушнины.

Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев

Промысловая добыча соболя

Соболь — хищный зверек, являющийся предметом промысла благодаря своему ценному меху. Обитает в темнохвойной тайге. Может существовать в суровых условиях, имея хороший иммунитет к заболеваниям. За 10 часов преодолевает расстояние до 12 километров. Корм для пропитания добывает в основном ночью или ранним утром, а днем соболь отдыхает.

Читайте также:  Под водой с ружьем. под водой с ружьем

Зверек имеет очень чуткий слух и мгновенно реагирует на лай собак или выстрелы. Если его неосторожно разбудить, приблизившись близко, он мгновенно бросается наутек. И подстрелить его практически невозможно. Широкими скачками соболь убегает сначала по земле, а затем забирается на дерево и перемещается по веткам, пока не найдет в дереве дупло.

Охотник вырубает часть дерева, образуя дыру, и устанавливает на выходе сетку. Затем, стуками по дереву выгоняет соболя из дупла, заставляя его бежать к образованному проходу. Когда зверек попадает в сетку, его необходимо сразу схватить за шею, чтобы он не укусил за руку. При этом шкурка зверька остается без повреждений. Так же соболя добывают с помощью капканов и самоловок.

Незаменимым помощником в промысле на соболя является лайка. Она значительно повышает шансы на успех.

Данная порода собак отличаются выносливостью и могут длительное время преследовать добычу и предупреждать хозяина о том, что обнаружила соболя.

Умение и чутье передается у таких собак на генетическом уровне, поэтому такие собаки ценятся очень дорого. Дрессируют собак с детства, приучая их, и плавать в лодке, и находить в лесу кратчайший путь.

Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев

Подготовка к охоте

Продолжительность охотничьего сезона от 5 до 6 месяцев. Поэтому охотники промысловики к подготовке подходят очень серьезно. До начала сезона необходимо подготовить зимовье, расчистить к нему подходы и завезти продукты. Учитывая, что территория обитания соболя достаточно велика, помимо капитальной зимовки охотнику нужно позаботиться и о промежуточных стоянках.

Для собаки строят специальную будку, внутри которой настилают сено, завешивают вход плотным материалом и заваливают ее снегом, оставив только проход для собаки. Внутри такой будки должно быть две миски – одна для воды и другая для еды. Собаке необходимо один раз в день давать теплую есть теплую пищу.

Особое внимание следует уделить выбору вещей. Их должно быть два комплекта. В комплект должны входить: куртка, свитер, брюки. Это даст возможность сменить одежду, в том случае, если она промокнет или испортится. Не лишним будет и термобелье, которое послужит хорошей защитой от холода в зимний период.

При выборе обуви нужно учитывать сезон промысла. В зимний сезон не обойтись без валенок или унтов. Эта обувь незаменима в дальних переходах.

Обязательно наличие теплого спального мешка и палатки. Палатка должна быть непромокаемой. У каждого охотника при себе обязательно должен быть компас, GPS навигатор и сменный аккумулятор. Мощный фонарь с комплектом сменных батареек.

Главными инструментами в тайге являются топор и нож. Инструменты должны быть прочными, острыми и практичными. Топор должен быть один для рубки деревьев, другой для повседневного использования.

Нож должен быть универсальным и прочным. Инструментов, как и одежды лучше иметь по два. Необходимо проверить оружие, петли, капканы и боеприпасы.

Подчас выживание в Сибири зависит от наличия достаточного количества патронов.

Не каждый сможет провести в суровых условиях несколько месяцев. Таежная жизнь под силу лишь профессионалам, обладающим силой духа, железной дисциплиной, терпением и выносливостью.

Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев

Промысел в Западной Сибири

Промысловая охота в Западной Сибири нацелена на регулирование численности животных. Способ напрямую зависит от выбора животного, на которого она ведется. Групповая охота подходит на косулю или лося.

При таком способе добычи нужны загонщики, стрелки, разводящие и обязательно человек, руководящий группой. При групповом промысле очень важны дисциплина и четкие, слаженные действия каждого члена группы.

На кабана

На кабана обычно охотятся методом облавы или загона.

При добыче кабана методом загона загонщики выгоняют кабана на цепь стрелков. В этом случае загонщиков должно быть несколько человек. Тогда, как для метода облавы, достаточно и одного загонщика, чтобы выгнать кабана на стрелков. Но в этом случае стрелков должно быть несколько.

Размещаться они должны на возвышении, чтобы иметь хороший круговой обзор. Очень важную роль играет маскировка. Она должна соответствовать цветовой гамме окружающей среды. Если промысел производится в зимний период, то одежда стрелка должна быть белой.

В летний период одежда должна быть темно зеленого или черного цвета.

На лису

На лису обычно охотятся с собаками.

Для этой цели исключительно подойдут такие породы собак, как гончая, борзая и норная. Возможна добыча лисы и при помощи капканов. На лису лучше начинать охоту ранним утром.

При добыче лисы с помощью норных собак охотник должен обладать осторожностью и выдержкой. Если лиса слышит шум, то забивается глубоко в нору.

Охотник снимает с собаки поводок и ошейник, и когда собака уходит в нору, выбирает место шагах в двадцати от отнорка и выжидает появления лисы, приготовившись к стрельбе.

На боровую дичь охотятся ранним утром, когда глухарь собирает песчаные камушки. Белка в это время тоже занята сбором припасов.

Профессиональная охота в Западной Сибири производится также на бурого медведя, северного оленя, снежного барана, горного козла.

Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев

Промысел на Урале

Охота на Урале дает возможность охотникам пополнить свои трофеи. Это может быть бурый медведь, северный олень, лось, горностай, лиса, волк, косуля. А так же пернатые – беркут, орлан. Трофеи, добытые на Урале, очень высоко ценятся.

Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев

В целом промысловая охота в Сибири и на Урале пользуется заслуженной популярностью не только у охотников, но и у туристов. Кроме того, туристам предлагаются увлекательные охотничьи туры. Именно поэтому начинающие охотники, не желающие проверять на собственно опыте принципы выживания в Сибири, отправляются за трофеями именно в составе такого тура.

Охота в этих местах — это отличный шанс почувствовать себя настоящим таёжным отшельником, насладиться красотами природы, увлекательной травлей зверя и получить заслуженные трофеи.

Видео

Видео раскрывает интересные подробности и секреты промысловой охоты.

Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев

Музей Тарковского. Как коренной москвич уехал в Сибирь и полюбил таежный быт

Почти 30 лет назад, после окончания института Михаил Тарковский впервые приехал на Енисей, да так тут и остался. Сначала работал полевым зоологом на биологической станции, а затем — охотником в селе Бахта.

Таежный опыт

Бахта — это тысяча километров вниз по Енисею от Красноярска. Поселок охотников и промысловиков, чей таежный опыт накапливался сотни лет. Жители этих мест прокладывают в тайге «путики» (охотничьи тропы) к «зимовьям» (промысловая избушка в тайге), ставят «кулемки» (ловушки на пушного зверя).

Широкая известность пришла к Бахте в 2000-х благодаря творчеству Тарковского, когда была снята серия документальных фильмов «Счастливые люди» о быте и нравах охотников, рыболовов и обычных сельчан из отдаленной деревушки, а также автобиографический фильм «Замороженное время», получивший более десятка призов на кинофестивалях.

— Культура жизни енисейских поселков, общение со старожилами, восхищение охотниками, их знаниями и умениями, вызывали у меня острейшее желание схватить, остановить эту интереснейшую жизнь — на страницах произведений, на кинопленке или просто в виде сохраненных удивительных предметов таежного и рыбацкого быта: камусные лыжи, долбленая лодка-ветка или изделия из бересты. Хотелось увековечить сами процессы изготовления этих, не побоюсь, этого слова — произведений искусства. Так пришла идея создания в Бахте музея таежной традиции. Важнейшая его роль — помочь местным школьникам заново открыть мир традиций, окружающий их с детства, заставить взглянуть другими глазами на то, что буднично и привычно, — рассказал Тарковский.

Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев

Строительство музея таежной традиции в Бахте

© Личный архив Михаила Тарковского

Пространство музея наполнено вещами и предметами, которые не встретишь на просторах большинства регионов, где нет таких видов промыслового хозяйства.

Учителя и подвижники

Поселившись на Енисее в 1981 году, Тарковский с головой ушел в местный быт, стал своим для жителей Бахты. Своими руками учился делать все те предметы, которые сохранились в обиходе в этом уголке России. Помогал ему известный охотник Геннадий Соловьев. Он научил, как смастерить жестяную печку, сделать лыжи или срубить кулемку.

— Соловьев многому научил, так как имеет дар наставничества, умеет хорошо объяснять. Причем не только в промысловом деле — я обсуждал с ним рассказы, он давал советы, подарил сюжет.

Однажды я пришел к нему и говорю: «О чем бы написать?» А он: «Напиши, как Иван вернулся на охоту на один сезон». Так родилась повесть «Енисей, отпусти!».

Потом Соловьев сразу поддержал мою задумку с фильмом, буквально одна фраза была, сказанная искренне и с силой: «Снимай, я помогу!» — рассказал писатель.

Кроме фильма и музея, усилиями Тарковского в Бахте появился православный храм. Сруб для него сделали из карельской сосны, выросшей на берегу Онежского озера, где-то в районе знаменитого музея-заповедника Кижи в Карелии. На четырех грузовых фурах привезли до Красноярска, а оттуда речным судном — до Бахты.

— Моя инициатива ничего бы не стоила без всесторонней поддержки попечительского совета [во имя] святителя Алексия, а именно подвижницы Светланы Покровской, — делится Тарковский.

Читайте также:  Определение сторон горизонта по карте. Ориентирование на местности. Часть 1. Стороны горизонта. Ориентирование

Сегодня бахтинский храм Новомучеников и исповедников Церкви Русской относится к Туруханскому благочинию Норильской и Туруханской епархии. Многие бахтинцы стараются бывать на церковных службах.

Музей был задуман около 20 лет назад, но воплотить мечту в реальность удалось только сейчас. Его здание — обычный деревенский дом — окружено традиционным заплотом (оградой) из круглого леса.

Наполнена эта изба уникальными экспонатами, которые собирали в самой Бахте, соседних деревнях и в тайге на промысловых участках охотников. Сейчас в музее сформированы первые экспозиции.

Предполагается, что это будет целый музейный комплекс, состоящий из выставочных площадок внутри здания, под открытым небом, а также мастерской. Главный смысл экспозиции — показать не просто предметы таежного быта, а технологии их изготовления.

— Коллекция поначалу хранилась у меня дома, затем по инициативе школы, предоставившей помещение, была создана школьная экспозиция предметов таежного, рыбацкого и сельского быта и истории села.

Позже на полученную мною литературную премию имени Толстого «Ясная Поляна» я заказал в Ворогове (Красноярский край) для музея новый сруб, перевезти который помогло Енисейское речное пароходство. Вообще собирали с мира по нитке.

Планирую табличку сделать, — рассказал писатель.

Экспонаты из жизни

В основе бахтинского музея лежит знание окружающей природы. Например, экспонаты, демонстрирующие технологию изготовления берестяного туеса. Ее невозможно освоить, не зная, в какой период добывается береста и в каких местах произрастает береза, обладающая необходимыми свойствами.

Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев

Музей таежной традиции в Бахте

© Личный архив Михаила Тарковского

— [Горожане] рыбу ловят, допустим, удочкой, а не с закидушкой. Собирают грибы в небольшие сеточки или ведра, а здесь специальные лукошки, короба делаются. Здесь вышел, и за 40 минут напластал два короба — там по два ведра может быть.

Естественно, что и весь быт выстраивается так, чтобы переработать то, что ты получил от реки, от тайги. Все эти предметы — они для нас обычные, а вы и не знаете, что это такое, — рассказала ТАСС директор Туруханского краеведческого музея Татьяна Сергиенко.

Музей в Бахте теперь — филиал туруханского.

Она уверила, что у местных охотников этот традиционный быт сохраняется полностью. Ведь если они не будут так жить, то не смогут вести промысел.

Музейные предметы не отличаются от тех, что используют жители Бахты на промыслах.

Так кулемку, пасть (охотничья ловушка), лабаз (укрытие в лесу для хранения припасов) мастерил Соловьев, чей охотничий участок в тайге превышает по площади тысячу квадратных километров.

Сейчас эти экспонаты установлены на открытой площадке под небом. В перспективе тут будет настоящее охотничье зимовье с таежной утварью.

Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев

Экспозиция музея таежной традиции в Бахте

© Личный архив Михаила Тарковского

— Экспозиция внутри музея будет дополняться рядом экспонатов, отражающих этапы изготовления долбленой лодки-ветки, камусных лыж и берестяного туеса. Именно в наглядном показе самих процессов и заключается изюминка музея, — поделился планами Тарковский.

Курс на Бахту

Татьяна Сергиенко говорит, что уже в этом году музей в Бахте, который самая что ни на есть точка притяжения для путешественников, должен был встретить свой первый туристический сезон. Но попасть в поселок можно только на борту теплохода, а пассажирская навигация в этом году началась позже обычного.

Причина того, что теплоходы вышли в рейсы по Енисею позже, — в пандемии, вызванной новым типом коронавируса.

Однако в июле теплоходы все-таки открыли навигацию, на их бортах — туристы, отпускники, следующие по своим делам люди, попутно любующиеся неспешной красотой Енисея, его берегов, жизнью речных поселков и деревень.

Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев

Экспозиция музея таежной традиции в Бахте

© Личный архив Михаила Тарковского

— Музей отражает дух и колорит этого места, это промысловый музей, и это деятельность 90% людей, которые там живут. Он связан с Тарковским и фильмом «Счастливые люди», который многие видели.

Это все работает в плюс, это такая комплексная и атмосферная тема, которая позволяет понять, как там живут люди, чем они зарабатывают.

Для многих туристов это интересно, так как это непознанный и непонятный мир, а для иностранцев это будет очень удивительным и необычным, — сказала ТАСС руководитель агентства по туризму Красноярского края Юлия Верхушина.

Андрей Мармышев

Романтика зимовья — Охотники.ру

Охотничье зимовье! Сколько романтики в этих словах для начинающего охотника, лишь примеряющего на себя далекие таежные странствия! Сколько практической пользы заключено в незамысловатом строении для опытного промысловика, работающего в дебрях тайги!

Жизнь в тайге и быт охотников. Жизнь на охотничьем зимовье. Леонид Киселев

Позже мне довелось ночевать во многих зимовухах, но Щелинское по причине своей первоочередности осталось в памяти навсегда.

Вспоминаю, как в детстве, взахлеб читая по вечерам книги по промыслово-охотничьей тематике или листая случайно доставшийся мне охотничий журнал, я уносился в мечтах в дремучую тайгу.

Я залезал с головой под одеяло и представлял себя в охотничьем зимовье с нависшими над ним мохнатыми кедровыми лапами, укрытыми пушистой кухтой, слышал завывание пурги в вершинах деревьев, надрывное бурление ручья, пытающегося пробить стеснившую его наледь. И было мне от этого так тепло и уютно, что я проваливался в глубокий сон.

Конечно, как все это выглядит на самом деле, я знать не мог, поэтому переливы воды в радиаторах отопления я охотно принимал за звуки бурлящего ручья, а шум лифта, развозившего припозднившихся жильцов по этажам панельной высотки, — за вой пурги над тайгой.

Впервые ощутить романтику и прозу жизни в оторванном от цивилизации зимовье мне удалось не в далекой тайге, а на охотничьем кордоне, куда забросила меня судьба в качестве егеря. Что и говорить, золотое было времечко! Почти безлюдные и бескрайние лесные массивы.

До ближайшего населенного пункта более 20 километров, что в пешем эквиваленте равняется целому дню пути через болота, ельники, ручьи и речки. В общем, все было так здорово, что о лучшем и мечтать не стоило.

Но однажды произошел случай, заставивший меня взглянуть на егерскую работу и на жизнь с иной стороны.

Проснувшись как-то утром, я ощутил слабость, которая придавила меня к постели, и я провалялся до самого вечера, так и не сумев встать. На смену слабости пришел жар, а за ним озноб. Немного согрелся, накинув на себя второе одеяло. Хотел померить температуру, но, чтобы взять со стоящего рядом стула градусник, нужно было высовывать из-под одеяла руку.

Нет, тепло надо беречь! А чтобы было тепло, надо встать с постели и растопить печь, а то к утру замерзну, как бомж на обочине. А чем ее топить? Придется идти за дровами. На улице адская январская смесь — мороз и пронизывающий ветер. Хорошо еще, база прикрыта от него толщей бесконечного леса. Скоро начнет темнеть, и тогда совсем не захочется вставать, а подниматься надо.

Пока еще светло.

Готовых дров нет. В пору летних пожаров сгорели все запасы. Саму избушку удалось отстоять, а вот хозпостройки со всем содержимым огонь сожрал в один миг.

Тех дров, что смог запасти с осени, не хватило, и пришлось идти на поклон к лесникам, чтобы выручили. Лесничество помогло и на прошлой неделе подкинуло десятка полтора сухостойных сосновых хлыстов, которые теперь надо напилить и наколоть.

Бревна есть, пила «Дружба» есть, а сил — нет. Ушли на борьбу с простудой. И надеяться не на кого.

В низком окне видно, как бушует ветер. Высокая и худосочная, согнутая в дугу кроной вниз береза мотается из стороны в сторону, как огромный маятник.

Кажется, что она боится сломаться, и каждый раз пытается опереться перевернутой кроной на стоящую у обгоревшего сарая ольху.

Но той тоже страшно, и она, оберегая себя от лишнего груза, используя силу ветра, выныривает из-под березовой кроны, прижимаясь к почерневшей от копоти стене сарая. Словно под гипнозом, я наблюдаю за этой борьбой, переживая то за березу, то за  ольху.

Сумерки начинают стирать четкость оконного экрана, и я неимоверным усилием воли заставляю себя встать. Холодная дрожь проходит по всему телу. Я включаю свет — картинка в окне исчезает.

Вынесенная из дома бензопила наотрез отказывается заводиться. В который раз я надеваю стартер и что есть силы рву тросик из «улитки». Стартер срывается с зацепов и больно бьет по замерзшему колену. Я отталкиваю пилу ногой и ухожу в дом.

Но там такая же холодрыга, как на улице. Одно хорошо: ветра нет. Сажусь на табуретку возле печки, которая уже совсем остыла.

Последний раз я топил ее вчера вечером, но казенный щитовой домик, обшитый снаружи вагонкой, а изнутри тонкой фанерой, плохо держит тепло.

Сейчас уже и не припомнить, чего мне стоило тогда наготовить дров. Помню лишь, что пилил их ржавой ножовкой, выбирая бревна потоньше, а потом колол их топором.

Через два часа печь начала отдавать тепло. Я напился горячего чая, остатки кипятка вылил в термос. Померил температуру: 39,2°.

Не раздеваясь, упал на кровать, предварительно глотнув таблетку аспирина, закрыл глаза и провалился в забытье.

Теперь, спустя годы, мне страшно даже представить, что могло со мной случиться, не будь тогда над моей головой крыши, вокруг меня стен, а рядом печки.

Как же мало нужно человеку, чтобы выжить в суровых условиях таежной уединенности! Это теперь, глядя на обширную карту России с ее непостижимыми лесными пространствами, я могу утверждать, что вся эта махина покорилась человеку только благодаря небольшому охотничьему зимовью.

Так сложилось, что первое зимовье, в котором мне суждено было заночевать на просторах Восточной Сибири, именовалось Щелинским. Название это произошло от одноименного озера, находящегося поблизости от избушки.

Случилось это в конце августа 2012 года на Нижней Тунгуске во время заброски на далекий ерёмаканский охотничий участок, на котором мы должны были провести промысловый охотничий сезон.

Читайте также:  Узлы одной рукой. булинь одной рукой

Помню, как, следуя таежным законам, известным мне лишь по литературным источникам и кино, напилил я там дров не только для собственной ночевки, но и для тех, кто, возможно, окажется в зимовье после меня.

Взглянув на заготовленные запасы, мой товарищ, бывалый таежник, сказал: «Хорошо наготовил! Только если ты на каждом зимовье будешь столько бензина сжигать, то до конца маршрута нам его не хватит, а у нас впереди не менее трех недель пути».

И ошибся! Впереди у нас было не три, а пять недель труднейшей дороги, за которые мы успели переночевать почти в трех десятках охотничьих избушек.

Дорога действительно оказалась нешуточной. И чем дальше мы уходили вглубь тайги, тем чаще встречались нам брошенные, превратившиеся почти в труху, но когда-то необходимые промысловикам зимовья. Создавалось впечатление, что некогда покоренная человеком тайга вновь отвоевывает свою независимость.

Бывали случаи, когда нам приходилось оставаться в таких руинах на ночевку, и это было все-таки лучше, чем коротать ночь у костра под открытым осенним небом.

Загнанные судьбой в избу с прогнившим потолком и обрушенной крышей, мы любыми путями старались наладить печь, чтобы обогреться, обсушиться и более-менее сносно выспаться.

Здесь хочется сделать небольшое отступление от романтических воспоминаний и спеть гимн печке — сердцу каждого зимовья. И речь, конечно, пойдет о печке-буржуйке.

Она моментально раскаляется от первой охапки дров, сразу согревает небольшое бревенчатое помещение, и уже минут через тридцать можно раздеться, развесить для просушки одежду, напиться горячего чая, расслабиться, растянувшись на нарах, и вздремнуть минут двадцать, сбрасывая с себя тяжесть минувшего дня.

Главный недостаток железной печки — она остывает так же быстро, как и прогревается. По этой причине, чтобы не замерзнуть ночью, приходится пару-тройку раз вставать и подкармливать затухающие угли новой порцией дров.

И тут таежным охотникам на подмогу пришла смекалка: они начали делать не простые печки-буржуйки, а печки-экономки, позволяющие регулировать силу горения дров.

Вместо привычных отверстий в нижней части топки прорезают одно большое в дверке, на которое наваривают кусок трубы. В результате получается подобие реактивного сопла, втягивающего в топку направленный поток воздуха, что обеспечивает быстрое воспламенение дров.

Когда огонь хорошо разгорается, на трубу-сопло надевают консервную банку с продырявленным днищем, ограничивая тем самым количество подаваемого в топку воздуха. Эта манипуляция не дает дровам гореть в полную силу, что приводит к увеличению длительности горения.

В итоге не только экономятся дрова, но и сокращается количество ночных пробуждений охотника, что немаловажно для людей, чей дневной труд требует больших энергетических затрат.

Именно такая печь-экономка и меня не раз выручала долгими зимними ночами. Прислушиваясь к звукам тайги, шелесту опадающей листвы, переливам воды на шивере, я вспоминал свои детские грезы и осторожно погружался в сон, чтобы скопить силы для нового дня, к исходу которого очень хотелось добраться до очередного, пока неизвестного, но такого желанного таежного зимовья.

Вадим Фролов 12 марта 2015 в 00:00

Что сибирский охотник никогда не сделает

 КириллицаКириллица

Зимовье

Если охотничье зимовье или любая другая избушка в тайге не заперты, то в здесь можно переночевать, соблюдая определённые правила.

Если ты голоден, можно воспользоваться запасом продуктов, которые охотники всегда оставляют друг для друга «на всякий случай», если же продукты у тебя есть, будь любезен, в благодарность за гостеприимство оставь что-нибудь и ты – лишний коробок спичек, банку тушенки, макароны.

Если воспользовался хозяйскими дровами – собери хотя бы охапку хвороста или наруби дров, оставь для другого спички, зажигалку и растопку– это может спасти чью-то жизнь. Если остался мусор, нужно обязательно собрать его и закопать подальше от зимовья – остатки еды привлекают мышей и грызунов.

Вообще у сибиряков, если они настоящие сибиряки, есть правило — не оставлять за собой вообще никаких следов, писать на нарах или на стенах домика «Здесь был Вася из Тикси» – дурной тон.

Ещё одно хорошее правило: когда ночуешь в чужом зимовье, нужно обязательно что-нибудь подлатать, если есть такая возможность — подправить печь, подремонтировать дверь.

В XXI веке в зимний сезон выработался ещё один обычай – снегоходы оставлять за 6 метров от зимовья, на случай пожара.

Охотничьих или ездовых собак обязательно кормят первыми, особенно если охотничьи собаки отличились и только потом готовят еду себе.

В зимовье или на стоянке очаг часто считается сакральным местом. В него не плюют, не бросают перья или потроха птицы, мелкие кости животных – очевидно, этот обычай остался у таёжников с языческих времен, когда суеверные люди поклонялись огню, и сейчас почти не соблюдается.

Общение

Есть ещё одно хорошее правило поведения в сибирской тайге, которое корнями уходит в каторжные времена: если услышали невдалеке людей или группу охотников, нужно постараться избежать контакта с ними.

Делается это из осторожности, потому что в тайге большинство встречных вооружены, и неизвестно, насколько дружелюбно они настроены; у них могут быть неприятности с законом или проблемы с употреблением алкоголя.

В обществе настоящих таёжников любой городской человек воспринимается настороженно. Есть хороша примета, по которой можно определить, принят ли новичок в коллектив.

Если его начнут запугивать, значит, считают чужаком, а если высмеивать – то, скорее всего, уже приняли за своего. Ему осталось лишь доказать, что он действительно не промах.

Таёжный чай

Обычай заваривать крепкий таёжный чай непременно в большой консервной банке уходит корнями в советское прошлое, когда заключенные, чтобы иметь силы для работы, заваривали в жестянках чифирь – неимоверной крепости напиток, действие которого можно было сравнить с уколом адреналина.

Сейчас чифирь не заваривают, делают просто до черноты крепкий чай и обязательно добавляют в него таёжных трав от богородской травки (чабреца), растущей на байкальских гольцах, до некоторых видов лишайника и саган-дайля. Последний тоже тонизирует и возвращает уставшему путнику силы.

В ход идут также листья дикой малины и смородины, брусники, в чай добавляют и таёжные ягоды: костянику, землянику, малину. Тут каждый бывалый таёжник старается удивить друзей.

Недопустимым считается в тайге допускать женщин к приготовлению ухи.

Уху таёжники варят сами, у каждого свой рецепт. Кто-то кладёт туда горстку риса, кто-то — морковь и пару картофелин, а кто-то считает, что подобные излишества портят продукт и варят уху из различных видов рыб. Но все таёжники, как один утверждают, что без добавленной в уху рюмки водки, получится рыбный суп.

Отношение к природе

Отношение настоящего таёжника или промыслового охотника к природе самое бережное и перенято у северных народов, например, у эвенков. В книге авторов И. В. Зайцева, Т. П. Интигринова и И. В.

Протопопова «Экологические традиции народов севера Баргузинской долины» указывается, что в обычаях местных было не только наносить наименьший вред тайге, но и использовать все таёжные дары без отходов.

Например, на изготовление чума, покрытого корой, уходило всего три ели, а из древесины делали лёгкие санки.

К зверю истинный таёжник относится уважительно. Он всегда сдерживает охотничьи инстинкты, никогда не убьёт молодняк или стельных важенок (олених) и самок изюбря.

Нельзя оставлять раненое животное умирать, у эвенков даже поговорка была соответствующая – «Раненый зверь бежит — надо преследовать!»

У сибирских охотников всегда считалось обязательным во что бы то ни стало выследить и добить раненого медведя, иначе выжив, он может начать мстить людям или, если дело происходит осенью, может не лечь в спячку и стать шатуном.

Ловушки в тайге ставят так, чтобы они быстро убивали зверя.

Охотничьи традиции

Настоящие охотники не прибегают к использованию электронных устройств – манков, приборов ночного видения, и никогда не будут охотиться на зверя с вертолёта или с машины, считая это варварством.

Никому и в голову не придёт поднять зимой из берлоги медведя и начать его гонять на снегоходах, потому что настоящий таёжник знает – у такого поступка всегда будут последствия: медведь станет шатуном и придет в ближайшее село убивать.

Настоящий промысловик никогда не воспользуется бедственным положением животного, которое тонет или спасается от огня, а наоборот, поможет ему.

Таёжник-промысловик всегда соблюдает правила пожарной безопасности в сухом лесу, а такой период бывает дважды в году: весной, когда трава ещё не отросла, и осенью, когда огромные площади тайги, заросшей высоким папоротником, стоят сухими.

Он обязательно зальёт водой ещё дымящийся костёр, разотрёт окурок сапогом, никогда не бросит в сухой мох непогашенную спичку, а если увидит начинающийся пожар, то его потушит.

И наконец, сибирский охотник обязательно придёт в тайге на выручку, потому что знает, что по таёжным законам все, что ты делаешь другому воздастся тебе сторицей.

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector